Методология экспертизы. (Об алгоритме количественных измерений свойств объекта).

Много лет тому назад автор стремился объединить знания и опыт в единой модели управления. Он понимал плодотворность такой идеи, но на тот момент возможности её решения даже теоретически, не было. Сегодня многие задачи стали осуществимы, что и позволило автору вернуться к первоначальному своему архетипу и назвать работу методология экспертизы. В.Грузиненко, автор.

 

Много лет назад, занимаясь проблемами исследования автоматизированных систем управления производством и технологиями (АСУТП), было такое научное направление в нашей стране и достаточно активно развивалось в течение многих лет вплоть до начала перестроечной трансформации. Не миновала сия научная чаша и меня. АСУТП, как мы тогда считали и, наверно, продолжаем считать и сейчас, это совокупность аппаратно-программных средств и математических моделей, осуществляющих контроль и управление производственными и технологическими процессами. Их задачей было устанавливать поддерживать обратную связь и активно воздействовать на ход технологического процесса при отклонении его от заданных параметров. Это давало возможность, в автоматическом режиме обеспечить регулирование и оптимизацию управляемого процесса. Одними из главных преимуществ АСУТП является снижение, вплоть до полного исключения, влияния, так называемого человеческого фактора на управляемый процесс, сокращение персонала, минимизация расходов сырья, повышение качества исходного продукта, и в конечном итоге — существенное повышение эффективности производства. Основные функции, выполняемые подобными системами, включают в себя контроль и управление, обмен данными, обработку, накопление и хранение информации, формирование сигналов тревог, построение графиков и отчетов. Такова была цель нашего исследования, получившего мощный толчок после признания в стране кибернетики, как науки. Накопленный потенциал знаний, вызвал эйфорию новизны, а затем и мощную мотивацию конкурентного характера. Мы все были равны, научные корифеи ещё не забронзовели, ибо их вообще ещё не было.В таких условиях работать в этом научном направлении было достаточно комфортно, а риск неудачи был не высок, все понимали, что ошибки будут неминуемы. Кибернетикой и АСУ увлекались все, включая даже чиновников, а о научных работниках, и говорить, не стоит. Все были её подвижниками, тем более на Западе ей отдавали должное уважение. Аспекты подражания, по-видимому, у нас в крови. В недрах кибернетики появились идеи и понятия «самоорганизующихся систем» (Уолтер Эшби) и даже «самовоспроизводящихся» (фон Нейман, теорема в теории конечных автоматов) систем как дело будущего (3). Эйфория безграмотности страшная вещь, об этом мы профессионально можем судить по сегодняшней обстановке в стране, когда все приняли «рыночную идеологию», не понимая её сущности, но стали подражать образу жизни. Аналогия почти полная, только распространение её тогда было ограничено научной средой. Но уж там-то можно было выдвигать любые идеи, конечно, не политического характера. И они выдвигались, чаще всего в области математического моделирования, благо, что наша страна в математике не отставала и считалась, да и сейчас считается на высоком профессиональном уровне. Однако разочарование пришло достаточно быстро. На первых порах оно связано было с отсутствием технических возможностей, необходимых для решения производственных задач. И это правда, наша техника убога. Дальше больше, получаемые модели не обладали адекватностью к реальной производственной среде и не могли регулировать и управлять производственными и технологическими процессами. А мы так мечтали заменить человека машиной.Участвуя в этих работах, я время от времени менял среду научного общения и переходил из НИИ в ВУЗ, где читал лекции. Разработка математических моделей вынудила меня читать лекции в широком диапазоне направлений, от математики, до кибернетики, исследования операций и много что ещё другое, включая экономику и социологию. Чтобы знать теорию можно читать книги, а чтобы её понимать, необходимо читать лекции. Основной целью этих метаний был поиск путей повышения адекватности моделей социально-технического характера, неудовлетворённость этих модельных решений по точности, как-то меня всегда угнетала. Но стихийно формируемая среда комплементарности знаний каким-то образом расширяла пространство идей моделирования (2). Таковой и стала безумная мысль о возможности моделирования человеческого опыта при принятии решений в задачах управления производством. Конечно это безумная идея, но я, как дилетант, смело решил начать поиск в надежде на успех.О ПОСТАНОВКЕ ЗАДАЧИ.
Какие гипотезы закладывались в эту авантюру? Как была сформулирована цель поиска? На эти и множество других вопросов я отвечал по мере развёртывания исследования. Сама постановка задачи в процессе работы много раз претерпевала изменения, адаптируясь к возможностям реальных условий. Первая версия задачи предполагала определение, в какой либо форме практически реализованный производственный опыт действующих операторов регулирующих движение материальных потоков. Очень хотелось отделить регулирование, базирующееся на технических средствах измерения от опыта, знаний и интуиции людей, выполняющих операции управления или регулирования. Схематично постановка задачи представлена на рис.1.

На этом рисунке представлено взаимодействие двух сущностных моделей, одна из которых является детерминированным отображением деятельности объекта F(r1, r2, . . rn) и модель управления G(z1,z2, . . zn), обладающая способностью к адаптации, так как она принадлежит исключительно человеку-управленцу. Обе модели находятся в целостном единстве, дополняя свои возможности одна за счет другой. Такая дихотомия не нарушила единства регулирования, но помогла осуществить декомпозицию целей исследования.

Я это понимал, но дальнейшее развитие самой постановки задачи упиралось в понятие опыта, знаний и навыков оператора на посту управления. Мой прошлый опыт моделирования технологий и производств мало, чем мог мне помочь. Повышение точности моделей, за счёт технических возможностей приборов, чаще всего было полностью исчерпано и уже не могло повысить точность, а значит и качество принимаемых решений.

Здесь требовалось изучать что-то другое. Теоретические работы, которые существовали для решения подобных задач, я знал и понимал их гигантскую трудоёмкость и не только в научном плане, но и в техническом. Создание базы знаний, экспертных систем, разработка эвристических методов поиска решений и ещё многое другое, на то время всё теоретически разработанное, было мне известно. Математический путь поиска решений, при всей его мощи академической науки, для поставленной задачи был, по-видимому, закрыт. Некоторую надежду на возможность какого-нибудь решения аналогичных задач просматривался в направлении использования исследования операций. Но и там практики решённых задач было не так много, а честно говоря, их просто не было.

Но реальные факты, когда оператор, сталкиваясь на своём рабочем месте с нестандартной ситуацией, выходит из затруднённой ситуации, существуют и существуют повсеместно. Как оператор за считанные мгновения принимает решение, и какие сигналы он для этого вырабатывает или находит? А если он это делает, то почему это нельзя познать, а познав и применить в реальной жизни. Эта «гранд» идея захватила меня и работу, невзирая на все трудности, я решил продолжать. Святая научная наивность.

Но чтобы продолжить работу нужно было ни много, не мало, понять, как работает мозг оператора, когда он принимает решения и уже на этой базе что-то строить. Сподвигла меня на эту дерзость работа Эдварда де Боно о не шаблонном мышлении (1), в которой он утверждал и даже приводил примеры о том, что профессионализм в решении многих задач не традиционным путём вовсе не обязателен. Консультации у психологов и психоаналитиков, к которым я обращался, ничего не прояснили, а может, я просто не понял всей трудности этой задачи. Тем не менее, задачу я не бросил, положившись на собственную интуицию и опыт своих прошлых своих изысканий в области поисков оптимума в решении задач управления.

Я считал, что в эволюционном контексте “чистый разум” (определение Канта) совсем не априорен, а имеет явные эволюционные эмпирические корни. А это должно означать, что разум накапливает события, в которых он принимает решения, опираясь на свои собственные ошибки, и исправляет их в последствие. Гипотеза состояла в том, что мозг не исследует всё пространство, где возможно существование решений, когда он ищет оптимум, а осуществляет поиск в окрестности ограничений этого пространства. Этим он экономит время поиска и затраты на его осуществление. Интуитивно я был абсолютно уверен, что такая гипотеза правомерна и должна быть проверена экспериментом. Необходимо было создать имитацию возникновения и разрешения конфликта в точках бифуркации, о которых в то время я не имел никакого понятия. Синергетики как науки ещё тогда не существовало.

Но как это сделать? Как создать объект для такого эксперимента, как осуществить какие либо измерения, если они вообще возможны? Психологи утверждали, «что для того чтобы лучше понять, что происходит в человеческом мозгу в процессе мышления, необходимо всю его деятельность представить в виде определенных точек (паттернов) возбуждений, происходящих в нервной сети мозга. И хотя в настоящее время полная картина деятельности мозга сравнительно мало изучена, тем не менее, вполне возможно предложить общую концепцию его функциональной организации». Уже от этих советов стало очень грустно, но что делать я не знал. Но и бросать работу уж очень не хотелось. Руководствуясь подходом, что не решаемых проблем не бывает, а все решения следует осуществлять по мере их поступления, был выбрана площадка для проведения эксперимента о механизме мышления. Наглость предела не знает.

Конечно, это была авантюра, но как оказалось, она была удачной. В качестве объекта был использован карточный расклад пасьянса, обладающий минимальностью возможных повторений расклада. В эксперименте участвовали около ста студентов. Их задачей было отыскать основные формальные ограничения невозможности достижения успеха при разовой раскладке карт. Мотивация поиска существовала и обеспечивала интеллектуальную деятельность каждого студента. Заметим, что морально-материальная составляющая активности участников эксперимента была достаточной. Объём поиска каждым индивидуумом был репрезентативен (от 2000 до 3000 раскладов). Результаты эксперимента отражены на рис. 2.

На рисунке представлена ломаная линия, отражающая результаты эксперимента в обобщенном виде. Пики на линии появляются при отыскании испытуемым какого-либо ограничения, при котором «пасьянс» сойтись не может (своеобразные точки бифуркации). Каждый такой пик именно это и отражает. Заметим, что в эксперименте проявилась зона, где действуют общепринятые правила карточных игроков «дуракам и новичкам» везёт (зона а). Это вселило бодрость и уверенность в успехе. Процесс принятия решения для эксперта (участника эксперимента) распадается на последовательный поиск таких критических точек. Одновременно процесс явно стремится к ранжированию выявленных ограничений. Общий выигрыш формируется суммой накопленной информации и знаний, полученных на этой основе. Это путь к оптимуму и у каждого участника он, конечно, разный и зависит от многих других параметров характера человека, изучение которых не входило в поставленную задачу. Но такой подход решению проблем познания может быть интересен для специалистов в области психологии.

Для поставленной задачи результаты принесли полную удачу, так как гипотеза о механизме влияния ограничений, вполне очевидно, оправдалась. Дорога для дальнейшего развития работы мне показалась открытой. Гипотетическая необходимость поиска влиятельных и корреляционно независимых ограничений была убедительно доказана экспериментом. Этот прямой эксперимент с использованием реальной модели принятия решений интеллектом дал серьёзную пищу для размышлений. По существу проведенный эксперимент был площадкой формирования эксперта во всей полноте сложного объекта, при условии получения необходимых компонент для его характеристики. Более того, если статистически обработать все индивидуальные решения участников, можно получить и выводы о составе группы, сформировавшихся «экспертов». Тогда это может стать показателем свойств самой экспертизы. Тогда-то и сформировалось понятие надёжного экспертного знания. Стало ясно, что знание проявляется, как наличие в мозгу какой-то модели действительности или даже образа во всём его единстве и целостности. Увеличение знания, т. е. возникновение новых моделей действительности в мозгу, обеспечивает процесс познания, а значит и готовность к принятию решений.

В какой-то мере это был шаг, и достаточно серьёзный в построении модели управления. Но законченности не ощущалось, а применение не просматривалось. Хотя архитектура модели, представленная рисунком 1, как-то образом стала сформироваться, но законченности пока не было. Используя научные модели, мы можем делать предсказания будущих событий во внешнем и внутреннем мире. Человек, естественно, имеет свои модели отдельных ситуаций и модели, характеризующие его общие представления о внешнем мире. Общеизвестно, что общая научная картина мира, создаваемая всем международным научным сообществом, также может рассматриваться как совокупность моделей. А как быть с достоверностью? Тогда вновь возникла проблема экспериментальной апробации для этой, вновь созданной когнитивной модели.

Каковым должно быть продолжение проведенных исследований, и какие пути можно увидеть, используя результаты представленные рисунком 2. По существу, объявленная нами задача отражает мировоззренческий архетип развития, который поможет и нам решать такую задачу. Здесь чуть-чуть следует пофилософствовать, чтобы выработать парадигму для продолжения работы. Любое развитие в среде цивилизации происходит исключительно только лишь за счёт знаний или, как говорили ещё древние греки посредством Логоса. Если мир следует Логосу, то отступает Хаос и созидается Гармония (необходимый порядок), как потенциальная основа эволюции. Кроме этого необходимо знать и понимать, как взаимодействуют эти категории. Для нашей задачи это чрезвычайно важно. Древняя китайская философия утверждает это взаимодействие очень просто и элегантно отобразив, единством категорий ян-инь. Это легко можно интерпретировать рис.1, где изображённый объект (1) играет роль инь, обладающий потенциальными возможностями развития. А использование этих потенций определяются знаниями, накопленными в ян (2), которые и следует назвать опытом. При этом инь вбирает в себя не все знания и опыт, а лишь только те, что будут полезны для его деятельности. Такой путь взаимооплодотворения, китайцы назвали путь Дао и следуют ему уже более 3 тыс. лет.

Да простит меня читатель за эти отвлечения. Но для меня они были очень важны и вот почему. Это мировоззренческое понимание давным-давно проверено и в его достоверности сомнений нет, а значит, не может быть сомнений в избранном направлении решения задачи. Решение имеется, несомненно, но только нужно его найти.

ПРОДОЛЖЕНИЕ ПОСТАНОВКИ ЗАДАЧИ.
В постановке задачи были уже достигнуты определённые результаты, позволившие экспериментально определить механизм поиска улучшений в окрестности ограничений, наложенных на область существования объекта. Можно предположить, что и изменения объекта, связанные с выходом из нестандартных ситуаций будут осуществляться аналогичный путь. Но если признать, что причинно-следственная связь опыта управления с предельными ограничениями существования объекта установлена, то как осуществляется интеллектом сам выбор того предела, к которому следует направлять движение объекта. Это оставалось не известным. Поиск теоретического пути решения приоритетного выбора не обеспечивал даже варианта гипотезы, приемлемой для экспериментальной проверки. Неужели поведение эксперта моделировать не возможно?

Положительное решение этой проблемы пришло само. Несколько слов об этом. Мы проводили какое-то социологическое исследование , связанное с необходимостью получений рейтингов. Традиционный метод опроса с использованием анкет. При подготовке анкет машинистка (тогда ещё использовались пишущие машинки с ограниченным объёмом закладки) перепутала порядок перечня в некоторых закладках. Я жутко ругался по этому поводу, так как итоги опроса были несопоставимы и зависимы от порядка перечня факторов в анкетах. Но когда разобрались, стало ясно, что полученные результаты «перемешанных» вопросов и есть та гипотеза, которую мы искали. Мы предположили, что разум отвечающего легко решает вопрос при сравнении двух рядом стоящих позиций анкеты. Все дальнейшие ответы не отвечали требованиям точности. Конечно, по-нашему мнению это ставило крест на анкетном пути социальных исследований, об этом я даже писал статью, но слишком высока инерционность социологии, и работа воспринята не была.

Но огорчений по такому поводу не было, скорее, была радость открытия механизма принятия решений экспертом для любых сколь угодно сложных объектов или явлений. Таким механизмом, удовлетворяющим требования задачи, стал давно известный метод парных сравнений, модифицированный нами под решение уже нашей задачи. В социологии метод давно известен. Сам метод разработан ещё Луи Терстоуном вначале прошлого века, но использовался он мало из-за множества требований накладываемых на информацию. Мы же, в эйфории предыдущих результатов, эти все ограничения просто отбросили, так как целостность объекта это сделать позволяла. Несколько изменилось предназначение задачи. Нужно было исходить из условий её универсальности. А это значит, что стратегия имеет приоритет перед тактикой, цели перед средствами, знание перед поведением.

МАТЕМАТИЧЕСКАЯ МОДЕЛЬ.
В процессе построения математической модели, согласно поставленной задаче (соответствии рис.1), всё больше и больше приходили сомнения в возможности информационного накопления производственного опыта, для его дальнейшего использования как базиса адаптации оператора управления. Это была тактическая и достаточно локальная задача, но требующая серьёзных финансовых вложений. Стало ясно, что такая задача, конечно, может существовать, но только как теоретическое решение, а для её реализации нет никаких организационных и технических возможностей. Проделанная работа не пропала, и полученные результаты были трансформированы в моделирование задач экспертизы очень актуальные в сегодняшних экономических условиях. В основе экспертизы лежит механизм парных сравнений и шкала отношений сравнения, позволяющая осуществить перевод отношений в количественные оценки, имеющие относительный характер. Сравнения сводятся в таблицу своего рода квадратную матрицу (рисунок 3), где n-число сравниваемых характеристик объекта.

Сравнения производятся из условий: равно =, больше или равно ≥, больше >, меньше <, меньше или равно ≤. Принятые отношения связей между свойствами устанавливают независимые эксперты, что существенно снижает напряжённость их работы, так как учёту подлежат и их сомнения. Сравнения не требуют выполнений условий транзитивности, что значительно облегчает и концентрирует внимание эксперта только на самом процессе сравнения.

В представленной таблице определён порядок формирования матрицы отношений, сравнения рассматриваемых параметров или свойств изучаемого объекта. Это симметричная матрица в отношении её диагонали. Она общеизвестна при использовании метода парных сравнений. Здесь ничего нового нет. Для перехода к количественному измерению выявленных отношений, а это основная цель модели, требуется механизм математического преобразования. Осуществить это можно, если произвести преобразования в соответствие условиям: Syi = 1+ g, где величина g определена числами, когда символы матрицы отношений заменяются на величины соответственно: (≤) = — 0,5, (<) = — 1, (>) = 1, (≥) = 0,5, (=) = 0. Так осуществляется переход к численному измерению отношений и осуществляется подсчет величины ΣSyi. Исследуемые или оцениваемые с помощью методов экспертных оценок объекты или явления различаются на основе признаков, характеристик, параметров, показателей. Как правило, каждый показатель отражает некоторое свойство, характеристику объекта. В общем случае это свойство может быть измерено, отображено несколькими способами. Методики обработки матриц отношений достаточно освещены в литературе (5).

Поэтому я считаю, что сосредоточиться в работе следует на пространстве использования пути экспертного анализа. Проблема учета влияния субъективных факторов относится к классу трудно формализуемых, для решения которых, как показывает практика, применение традиционных методов затруднительно. Основным источником исходной информации в таких задачах являются эксперты. Это специалисты в своей предметной области, знания и опыт которых просто грех не использовать. В связи с этим актуальной является разработка локальных эффективных методик применения метода экспертных оценок и обработки результатов таких оценок.

Метод должен соответствовать естественному ходу человеческого мышления. Следует иметь в виду, что здесь математика, положенная в основу метода, не должна заменять человеческий ум и опыт в интерпретации реального мира. Она инструмент для решения и только. Конечно, путь развития извилист, но движения по нему определяется выбранными целями, к которым должно быть устремлено общество. Без цели развитие не возможно в принципе. На этапе поиска будущего без экспертизы вооружённой определённой методологией, не обойтись особенно в области управления. Метод анализа иерархий создан американским ученым Т. Саати и вырос в настоящее время в обширный междисциплинарный раздел науки, имеющий строгие математические и психологические обоснования и многочисленные приложения, в том числе и экономические(6).

Рассмотрим теперь класс задач, возможных для решения с использованием изложенной методологии. К ним следует отнести, во-первых, одномерную оценку, имеющую приоритетное значение для многих аналогичных объектов. Это простая задача распределения относительной полезности заданного заранее свойства среди рассматриваемых объектов. Приняв объём полезности для всех исследуемых объектов за единицу, независимые эксперты распределяют её относительную величину, выделяя для каждого своё значение. К таким задачам можно отнести достаточно широкий их перечень. Здесь важно лишь одно обстоятельство, исследуемое свойство не коррелируются внутри пространства качественных показателей объекта. Аналогом такого варианта может служить теория игр с нулевым исходом. Примером такого рода задач является оценка интеллектуальности при подборе распределении должностей, оценка спроса, разработка земельного кадастра, определение стоимости земельных участков в городе и множество других задач, когда количественно измерить некие свойства не возможно. Практически под эту категорию подпадают все объекты, требующие в какой-то мере ранжирования или установления рейтингов. Важным преимуществом экспертизы является то обстоятельство, что эксперт производит своё оценивание целостного видения объекта, и не разрушает его посредством произвольно выбранной дихотомии (7). Мера согласованности взглядов экспертов также оценивается, а это обеспечивает дополнительную уверенность в результатах, а также даёт возможность получить и другие статистические оценки единства взглядов коллектива экспертов и отражает необходимое при этом разнообразие.

Мы не очень долго раздумывали над обоснованностью того, что было сделано, и сразу приступили к апробации. Нитью Ариадны для нас была наглая уверенность в жизнеспособности алгоритма. Уже первые пробные исследования, построенные на основе, изложенного выше алгоритма, дали поразительные результаты. Мы оценивали компетентность врачей, научную обоснованность в деятельности работников НИИ, измеряли коэффициенты трудового участия работников в производственных коллективах и другие задачи, связанные с распределением «чего-нибудь», были нам подвластны. Споткнулись мы, когда в эйфории всеобщего измерения, попытались измерять компетентность бюрократического аппарата управления. Мотивированная тенденциозность экспертов была очевидна «начальник самый умный», а это сказалось, да и не могло не сказаться, на результатах, которые были вполне закономерно забракованы. Так достигается опыт, что не всё в нашей стране требует объективной оценки и научного измерения и что-то должно быть намеренно скрыто, тем более что обнаружить такое «неизвестное» не всегда возможно. Наверно, если бы эта причина была единственной, она бы нас не остановила, но у меня самого были какие-то сомнения, связанные с обоснованностью самого метода экспертизы. Ведь по существу мы лишь обобщаем взгляды экспертов и ничего более. Но этот важный накопленный опыт исследовательских результатов позволил выдвинуть предположения, позволяющие ответить на вопрос. А что же мы измеряем?

ЧТО ИЗМЕРЯЕТ МЕТОД ПАРНОГО СРАВНЕНИЯ.
Но уверенности в том, что исходная информация, поступающая от эксперта, содержит в себе данные о сущностных основах деятельности обследуемого объекта с повышенной сложностью, всё-таки не было. Знаний было недостаточно, а «наглый пасьянс» в своей единственности подтверждения гипотезы о механизме принятия решений мозгом не имел теоретического обоснования. У психологов гипотез также не было или я их (психологов) не понимал. И только сейчас я убедился, что выбранный в то время путь, был плодотворен, когда последние теоретические достижения науки стали, не только доступны, но и получили широкое распространение.

Наиболее перспективными стали исследования, отражающие основы единства эволюционного развития, которые могут системно связать теоретические основы многих наук и изучаемых предметов, объединяя их в целостный взаимосвязанный мир. Тогда не нужными станут многие предметы, формирующие знания в форме рецептов, время которых уже давно истекло. А субстанциональные их основы, в силу своей устойчивости, могут быть использованы гораздо продуктивней. Для эксперта и производимой им экспертизы это должно стать основным при исследовании тварного объекта. Абстрактное мышление и язык лежат в основе умения человека передавать надиндивидуальный опыт, что и определяет, по сути, саму возможность культурного развития. Но сама культура развивается не так, она не прирастает одиночками; по существу мы всегда стоим на плечах предшественников, иначе каждое поколение вновь создавало бы деревянный велосипед и изобретало колесо. По существу эксперт обладает синтезом знаний и важным является их полное и целостное использование.

Ещё Конрад Лоренц (8) развивал теорию, согласно которой любое поведение может выступать как единство наследственного состояния и приобретенного в культуре. Помимо инстинктов у человека, как и у высших животных, имеются наследственных образы восприятия (гештальты), они образуют основания для формирования образов, лежащих у истоков культурной картины мира. Лоренц пришел к выводу об особом значении ритуального поведения для генезиса культуры. При этом ритуал трактовался как результат приспособления биологического вида к изменяющимся условиям обитания, как универсальный поведенческий акт, свойственный любым, в том числе, и высокоорганизованным существам. Сейчас на его месте, обеспечения адаптации человека к среде, выступает мотивация, в том числе и эксперта.

Мотивация, конечно, может рассматриваться как активная движущая сила, которая стимулирует поиск и нахождение такого решения, которое адекватно потребностям человека. Эти решения, которые он индивидуально (эгоистично) определяет в рассматриваемой жизненной ситуации, формируют и его цели. Если один выигрывает, то другой всегда проигрывает. Они не всегда разумны и не имеют внутренних ограничений, что природной эволюции не свойственно. А это, в конце концов, приводит к конфликтам. Иммунитетом от возникновения конфликтов в среде цивилизации может обладать лишь объективная экспертиза в сочетании с культурой, играющая роль естественных законов.

В целом модель существующего мира продемонстрировала, что в процессе эволюции, по-видимому, не возможно возникновение целенаправленного адаптивного поведения, обусловленного мотивациями, а переход от схемы управления без мотиваций к схеме с мотивациями можно интерпретировать, как формирование нового уровня иерархии управления с не предсказуемым результатом. Очевидно, что значение эксперта в системе регулирования будет, безусловно, возрастать, как и требования к качеству экспертизы. Это серьёзный вызов к системе образования, для которого ЕГЭ ну уж совсем и абсолютно подходить не может. По-видимому это стоит обсудить в отдельной работе и мы ещё к этому вернёмся. Рецептурные знания, по определению не могут обеспечить высококачественную экспертизу, и вполне естественно развитие даже собственного будущего станет проблемной. Экспертиза должна исходить из субстанциональных основ самой сущности человека, базирующейся на множестве природных инкстинтов преобразованных в знания. Эти знания должны отражать границы возможного существования цивилизации, как в природе существует множество непреодолимых констант (постоянная Планка, число π, условие сохранения массы и энергии и множество других физических постоянных). Аналогичные условия должны существовать и в обществе, а открыть такие соотношения может экспертиза, если в её основе лежат научные знания.

Человек, естественно, тоже имеет свои модели ситуаций и модели, характеризующие его общие представления о внешнем мире. Более того, общая научная картина мира — создаваемая всем международным научным сообществом — также может рассматриваться как совокупность моделей. Таким образом, используя понятие «модель» и анализируя способы формирования моделей и методы использования их, мы можем попытаться проследить эволюцию познавательных способностей общества или отдельных его элементов на разных ступенях эволюции: от условного рефлекса до процессов научного познания.

Классическая научная парадигма имела и имеет отчётливо аналитический характер. Склонность к анализу, как визитная карточка науки, сохраняется в нашем подсознании, несмотря на все трансформации картины мира. Анализ (греч. analysis — разложение) стал синонимом научного исследования вообще. Он начинается с различения, сопоставления, противопоставления. Число элементов в отдельном акте может быть различным. Простейший вариант отражается в форме дихотомии, как расщепление на две части. Так появляются бинарные оппозиции, диады. И этот способ стал доминирующим, повсеместным: верх-низ, вперёд-назад, раньше-позже, хорошо-плохо, тепло-холодно. В литературе: «Отцы и дети», «Война и мир», «Преступление и наказание». Обычный путь рассмотрения экспертом сложного объекта, определен движением от его начального и простого состояния к сложному конечному виду. Такой путь всегда привязывает авторов к построению единого целого путём собирания его частей. При этом учет связей взаимодействия между частями не спасает от утраты целостности, если не охватывалось взаимодействие рассматриваемого целого с окружающим миром.

Диада, которой обычно пользуются эксперты, это линейная комбинация из двух оппонирующих величин, но она не может дать окончательного ответа, так как не имеет критерия оптимальности, и пока не введём его из дополнительных соображений ситуация остаётся не определённой. Чтобы это решить, нужно выйти в дополнительное измерение, вырваться из бинарной схемы. Синтеза на ней не построить. Для синтеза требуется более ёмкая структура. Примеры из естественных наук подсказывают, что следует обратиться, по меньшей мере, к триадам, как простым и устойчивым структурам обеспечения синтеза. Учёт такой дополнительной компоненты, по существу, отражает открытость системы, отвечая на вопросы её предназначения. Для социальных систем, подверженных движением малоизученных мотивационных энергий, это особенно важно.

Известно, что каждая крупная область естественных наук, имеющие свои фундаментальные константы, развиваются достаточно самостоятельно, но не без взаимодействия с другими областями. Константы обеспечивают целостность естественного мира и отражают его единство. Поиск нового всегда осуществляется в окрестности этих предельных величин. Отметим, что мой экспериментальный путь поиска решений, о нём говорилось вначале работы, в какой-то мере адекватен этому. Возможно это случайное совпадение, а, может это и не случайность. Тогда следует предположить, что и в области духовного существуют свои предельные константы (ограничения), а выход за их пределы может стать губительным. В естественных законах учёные обнаружили, что малейшее отклонение от известных значений таких констант ведёт к разрушению существующего мира. По логике единства естественного мира, следует предположить существование таких же аналогов в мире эволюции общества, как производной единства мира. Но тогда, что же означает эта величайшая согласованность мировых постоянных, чрезвычайно тонкая их настройка, сделавшая возможным появление жизни и человека и развитие самой цивилизации? Необходимо её понять, но пока наука не поставила даже задач на поиск таких констант в сфере общественных отношений, хотя признаки разрушения гармонии развития в сфере цивилизаций, достаточно очевидны.

Открытость общества и поступление в нее энергии извне или обмен такими энергиями, приводят к изменению соотношения сил созидания и разрушения, динамический баланс которых обеспечивает все изменения в системе, ее эволюцию. И при всём этом сложном и противоречивом процессе наблюдается общее стремление всей системы к состоянию устойчивости и равновесия. Так формируются эволюционные процессы природной среды, и наука это осваивает, понимая механизмы таких явлений. Сложность общественных наук, где деятельностной силой является мотивация отдельных инди-видуумов, заключается в том, что отбор нужного или полезного не осуществляется в условиях неодолимости естественных законов. Поскольку сами мы не имеем понятия о механизмах развития культур или способах их изменения, признание приоритетной роли культурных факторов может означать поражение всей экономической науки. В мире цивилизации сегодня таких законов нет, а проблема выбора «лучшего» существует, также как существует и проблема периодически возникающих системных кризисов. Теоретически системным кризисом называется ситуация, когда система теряет внутренние потенции развития, адаптации, выбора решений и способности к адекватной реакции на окружающие явления. Она как бы выходит за пределы своего возможного или рационального состояния и самостоятельно вернуться в устойчивое состояние не может. Нужно внешнее воздействие и единственным, кто может его обеспечить, по-видимому, является эксперт. Учитывать всё это эксперту необходимо. Таков закон жизни.

Литература и приложения:
1.Эдвард де Боно «Научите себя думать» Издательство Попурри М, 2006г Мозг человека – великолепный механизм запоминания. Чтобы превратить его в “мыслительный” механизм, необходимы соответствующие программы и соответствующие методики.
2. В.Г. Редько. Пролегомены к теории происхождения мышления. Институт прикладной математики им. М.В. Келдыша РАН. Моделирование когнитивной эволюции чрезвычайно интересно и важно с точки зрения научного миропонимания. Следовательно, можно ожидать, что такие исследования, которые предоставили бы картину возникновения и эволюционного формирования естественного интеллекта, будут очень интересны для ученых.
3.Искусственный интеллект. — В 3-х кн. Кн.2. Модели и методы. Справочник, / Под ред. Д.А. Поспелова/. М.: Радио и связь, 1990. В построении искусственного интеллекта важную роль играет память. Она осуществляет это строительство по образцу, размножение по матрице, имеющее место в эволюционных процессах. Элементы памяти играют роль катализатора, позволяют существенно ускорить эволюцию, не повторять длительный исторический путь блужданий и случайного отбора. Кроме того, через память объединяются сложные структуры, связываются в единое целое. Это, – если можно так выразиться, эволюционный клей.
4. Татарова Г.Г. Методология анализа данных в социологии (введение) /Учебник для вузов. — М.: NOTA BENE, 1999.Терстоун профессор института Карнеги в Техасе и профессор Чикагского университета. Он, прежде всего, известен как автор тестов интеллекта (т. н. «IQ») и отношений парного сравнения. Является он и автором популярных методов факторного анализа. Луис Тэрсто-ун предложил мультифакторную теорию интеллекта, большое внимание уделял вопросам психологии творчества, является автором ряда методов психологических измерений (психометрии).
5 .Ротштейн А.П., Штовба С.Д. Нечеткий многокритериальный анализ вариантов с применением парных сравнений // Известия РАН. Теория и системы управления.- 2001.Системы, основанные на нечетких множествах, разработаны и успешно внедрены в таких областях, как: управление технологическими процессами, управление транспортом, медицинская диагностика, техническая диагностика, финансовый менеджмент, биржевое прогнозирование, распознавание образов.
6. Т. Саати. Метод анализа иерархий. М. «Радио и связь», 1993.Экспертное оценивание предполагает создание разума, обладающего большими способностями по сравнению с возможностями отдельного человека. Источником сверхвозможностей мультиразума является поиск слабых ассоциаций и предположений, основанных на опыте отдельного специалиста. Экспертный подход обладает большими возможностями по решению задач, не поддающихся решению обычным аналитическим способом. Метод основан на обработке экспериментальной информации, получаемой при попарном сравнении элементов рассматриваемой проблемы и последующем иерархическом синтезе результатов. Проводится сравнивание метода с другими известными подходами.
7.Толстова Ю.Н. Измерение в социологии: Курс лекций. М.
8. Г.М. Пономарева. Культурология XX век. Энциклопедия. Том первый А-Л. С-П., Университетская книга. 1998 г.

Оставить комментарий

Вы должны Войти чтобы оставить комментарий.